В-третьих: к уловлению неприятеля за Москвою Кутузов остановил на Владимирской дороге войско, вновь устроенное князем Д. И. Лобановым во Владимире. Главный корпус находился в двадцати; авангард в четырех верстах от Москвы в Новой деревне. А чтобы показать Наполеону, будто бы и войско и обозы движутся к Казани, Кутузов приказал обер-полицмейстеру (также МИМО графа Ростопчина) : пустить по Владимирке весь огнегасителыный снаряд, к которому прикинул несколько конных отрядов. Я видел оба предписания Кутузова Ивашкину, начертанные карандашом собственною его рукою. Слышал я также, что перед Бородинскою битвою и обозам приказано было повернуть на Владимирскую или Казанскую дорогу......Окинув таким образом сетями сдаваемую или, лучше сказать, оставляемую Москву, Кутузов второго сентября в девятом часу поутру стал выступать через Москву за Москву. С возвышенного берега Москвы-реки у Дорогомиловского моста (вероятно, с Мухиной горы у Ростовской набережной. — П. С.) мы смотрели на веяние отступавших наших знамен. Кутузов ехал верхом спокойно и величаво. А полки на.-- 21ши, объятые недоумением, тянулись в глубоком молчании, но не изъявляя ни отчаяния, ни негодования. Они еще думали, что сразятся в Москве за Москву».* 2 сентября штаб Наполеона был уже на Поклонной горе, где император ожидал, по примеру заграничных городов, депутации от населения. Но ее не было, а проскакавшие через город вечером 2 сентября французские кавалеристы донесли императору, что Москва пуста: почти все население из нее ушло. Наполеону пришлось заночевать в трактире у заставы и лишь утром 3-го въехать в Москву.Прибывшие с императором маршалы восхищались видом Москвы с Поклонной горы. Состоявший в свите Наполеона Е. Лабом писал 18: «Пока строили переправу через реку Москву... генеральный штаб расположился на высоком пригорке. Оттуда мы вдруг увидели тысячи колоколен с золотыми куполообразными главами. Погода была великолепная, все это блестело и горело в солнечных лучах и казалось бесчисленными светящимися шарами. Были купола, похожие на шары, стоящие на шпице колонны или обелиска, и тогда это напоминало висевший в воздухе аэростат.
Предыдущая Следующая
|