Хольцер Зепп "Аграрий-революционер" стр.6
Утро выдалось ясное, но холодное. Наскоро позавтракав, мы уже в 8 часов стояли у ворот в Краметерхоф. С первого момента и в течение всего дня мы не переставали то восторгаться, то радоваться, то удивляться.
За старыми ржавыми воротами начиналось, удивляющее своими красками буйно растущее, разнообразнейшее по высоте и лаконично сплетённое в единую умиротворяющую, обнимающую ароматами и ещё чем-то необъяснимым, пространство. Мы стояли за воротами, как в преддверии чего-то неповторимого, доброго, ласкового.
Прожив много лет в Германии и попривыкнув к её разнообразию — с множеством цветущих палисадников, у каждого на свой манер, чистеньких и аккуратных огородов, утопающих в цветах всё лето до зимы домиках и аллеях, выстриженных зелёных лужаек у хвойного леса — мы были подобны людям, вышедшим из пустыни. Смешно вспоминать, но мы стояли, «открыв рот», и вдыхали смесь ароматов, которые источали стоящее прямо за воротами огром-
ное хвойное дерево непонятной породы и множество других растений, росших рядом, услаждающих обоняние яркими и еле уловимыми запахами.
К 8.30, когда все собрались: человек 30 из Германии, Швейцарии и Австрии - это было видно по номерам машин, к воротам подошёл Зепп Хольцер, отворил их, здороваясь со всеми и радушно приглашая войти. На первых же метрах аллеи нас удивило, что в высоком, на первый взгляд, ни чем не приметном, разросшемся кустарнике, на высоте двух метров или чуть выше висели ягоды красной смородины, оплетающей ствол; немного дальше в привязанных на стволе дерева мешочках земли цвели орхидеи и другие теплолюбивые растения. И это в горах, на высоте 1300 м над уровнем моря!
Мы вошли в добротный сруб, где готовила душистый травяной чай жена Зеппа — Вероника Хольцер, «моя брони», так ласково он называет её. После чая и двухчасовой ознакомительной беседы мы отправились в путешествие, чтобы воочию увидеть то, что способен сотворить человек, устремлённый к познанию природы с её разнообразием и естественными взаимосвязями.
С первых же шагов все, получив разрешение собирать семена и вкушать плоды, уподобились детям: этот процесс собирания вызвал в нас и ребятишках почему-то огромную радость. Ягоды были повсюду — смородина, малина лесная, ежевика, вишня стольких сортов, что трудно даже представить. При этом всё было продуманно и удобно: те деревья, что встречались в садах, имели лестницы, как бы приглашая — «попробуй моих ягодок»; на склонах вдоль рядов яблонь, груш, вишен, слив и других плодовых вились лентой земляные валы метровой высоты, где среди естественного разнообразия трав росли топинамбур, редис, салаты, редька, картофель и множество другой снеди; взобравшись на такой вал, можно было легко достать понравившуюся ягодку и тут же съесть её.
Предыдущая Следующая
|