Н.И.КУРДЮМОВ – ЗАЩИТА ВМЕСТО БОРЬБЫ стр.7
Сейчас уже непросто провести границу между химией, биохимией и биологией.
Всё это сливается и срастается. Многие стимуляторы, феромоны, токсины и
модуляторы иммунитета производятся синтетически: химия? Многие пестициды взяты
из живой природы: биология? Очень многие вещества создают несколько эффектов: и
стимулируют, и иммунитет повышают, и грибков болезнетворных давят. И всё это
вырабатывают многие микробы.
Кажется, всё идёт к какому-то суперкоктейлю микробов и веществ, который будет
решать все проблемы. Но мы никогда его не создадим. Он давно уже есть. И его
состав меняется каждый час и в каждом месте, сообразно запросам обитателей
этого места. Это происходит в любом биоценозе.
СЕЛЕКЦИЯ НА УСТОЙЧИВОСТЬ – выведение сортов, иммунных или
устойчивых к болезням. Пожалуй, самое эффективное и разработанное направление
защиты. Несомненно, устойчивый сорт – основа хорошего агроценоза. Он просто
несъедобен – и популяция болезни просто не развивается, остаётся в минимуме.
Всем известны иммунные к парше сорта яблони, устойчивые сорта винограда,
смородины, зерновых. Кажется, это решает все проблемы с защитой! Но не тут-то
было. Во-первых, есть болезни, к которым нельзя создать устойчивость путём
селекции. И невозможно создать сорт, устойчивый ко всем болезням. Во-вторых,
генетическая устойчивость часто означает уменьшение урожая, его сладости или
крахмалистости. В третьих, скажем себе спасибо: у многих болезней теперь сотни
различных рас, и вывести устойчивый сорт уже невозможно. Но главное, устойчивый
сорт не долговечен: болезни приспосабливаются к нему за несколько лет. Селекция
на устойчивость – благородное, но бесконечное состязание с болезнями.
В последнее время селекционеры всё чаще обслуживают работу инженеров-генетиков:
из сотен трансгенных линий отбирают нужные, сортовые, а потом доводят до
чистоты и однородности, как любой сорт.
ГЕННАЯ ИНЖЕНЕРИЯ – самостоятельная технология. Обслуживает
самые разные цели. Мир, в общем, уже успокоился насчёт генетически
модифицированных, или трансгенных растений: за двадцать лет никаких особых
опасностей от них не найдено, и главные технические культуры в аграрных странах
почти целиком трансгенны. Россия только вступает в эпоху трансгенов, и мы
говорим о них много: одни очень хвалят, другие очень ругают. На самом деле,
возможность вставлять определённые гены – просто новый уровень управления
свойствами живых организмов. Как интернет или компьютер, трансгенез – просто
очень мощный инструмент. Можно использовать его во благо, а можно во зло.
История учит: мы обязательно применим его в обоих направлениях, как и любые
достижения науки (см. вышеизложенные умствования о проблемах, геройской борьбе
и доблестной защите).
Вставкой гена урожай не утроишь, посему размером и весом занята, как и всегда,
гибридизация. А трансгенез семимильно шагает в основном в направлении защиты
растений. Прежде всего, создаются сорта, устойчивые к раундапу. Среди
гербицидов он один бьёт все сорняки, не особо ухудшая при этом почву. Облил
такое поле раундапом всего пару раз – сорняков нет, а культура растёт, как ни в
чём не бывало. Экологично! Другое важное направление трансгенеза – сорта,
устойчивые к главным вредителям. Вставленный ген заставляет растение
вырабатывать токсин, смертельный для насекомых и безопасный для нас. Например,
есть кукуруза, убивающая стеблевого мотылька, или картошка, травящая
колорадского жука: надкусил – и готов. Есть хлопок, к которому хлопковой совке
лучше и не приближаться, есть соя, сахарный тростник. С болезнями труднее – они
очень изменчивы. Но и генов иммунитета у растений - тысячи. Есть, чем заняться!
Естественно, трансгенез быстро срастается с биохимическими методами. Генетикам
хочется заставить растения вырабатывать и РР, и токсины, и иммунные
вещества; биохимикам нужны гены, которые включались бы от действия их
навороченных молекул. На гора выдаются сотни новых генных комбинаций. Целая
армия селекционеров занята их отбором и шлифовкой.
Несомненный плюс трансгенов – резкое падение нужды в пестицидах. Вопрос – какой
ценой. Уже ясно: как и пестициды, трансгенные растения не приблизят нас к
устойчивому земледелию. Уже появляются сорняки, устойчивые к раундапу, и
мотыльки, трескающие ядовитую кукурузу. Уже доказано: многие трансгенные
растения опасны для теплокровных животных. Уже понятно: изменённые генотипы
просачиваются в природу. А вот к чему это приведёт, пока непонятно!
Что же наш долгоносик? Похоже, потерял к нам всякий интерес. На головотрубке
выражение глубокого разочарования: ну-у, ребяты, я о вас лучше думал... Война
войной, но надо же меру знать. Вы хоть понимаете, куда залезли?.. Мы-то всё
равно приспособимся – чай, гены не понаслышке знаем! Вы, наверное, хотите
увидеть, что получится, когда чхающим на химию станет ещё и плевать на
трансгенез? Как обычно, получимся мы – ваши соседи. А куда деваться? Не
вымирать же! Мы – только отражение вашей глупости. И неистребимы в той же
степени, в какой неистребима она! Я-то думал, вы когда-нибудь поймёте это…
Да-а!.. Не исключено, что интеллект трансгенеза, при самой колоссальной
наукоёмкости, может оказаться даже ниже, чем у химических пестицидов. Дай Бог,
чтобы я ошибался!
Предыдущая Следующая
|